Плачет потолок. Дневник личных наблюдений
Протечка в моей квартире началась в десятых числах января с жёлтого пятна на потолочной лепнине в углу одной из комнат и сосулек, странным образом выросших на раме металлопластикового окна. К 25-му числу (уже после того, как с крыши нашего дома счистили снег и наледь) протекание расширилось до обширного влажного пятна на потолке над окном и сырых разводов по периметру оконных откосов. Больше смиренно наблюдать за тем, как портится ремонт в комнате, моя мама не смогла. Она позвонила в аварийную службу и оставила тамошнему диспетчеру заявку о протечке в 23-й квартире дома 36 на Посадской. На следующий день к нам в гости наведался сантехник. Взглянув на испорченные потолок и окно в нашей комнате, он полез на чердак, проверил трубу, пролегающую над квартирой, и, удостоверившись, что причина протекания не в ней, удалился. Тогда мама пошла в «Жилкомсервис», чтобы пригласить к нам мастера. Но вместо него пришёл кровельщик. Он беглым взглядом оценил следы протекания сверху, что-то посмотрел на чердаке и заключил, что проблема не в дырявой кровле, а в стене дома, в которой образовался лёд. Его оттуда ничем не выбьешь, единственный вариант — ждать, когда он сам растает. И мы всей семьёй приготовились ждать. И ждали совсем недолго.
Третьего февраля, когда температура воздуха приблизилась к нулю, потолок и оконные проёмы начали плакать. Непрерывно, слезинка за слезинкой, капля за каплей. Тряпки, вёдра и тазики превратились в самые важные предметы нашего быта. Как оказалось, соседи по лестничной клетке из 24-й квартиры тоже не скучали. Благодаря их настойчивости четвёртого февраля нас наконец-то посетила мастер. Она зафиксировала данные о наших с соседями протечках в своей дежурной тетрадке и пообещала, что акты о протекании в наших квартирах будут готовы через неделю. На наш вопрос «Долго ли нам придётся слушать монотонную капель с потолка?», она ответила, что мы не одни такие, что конкретного плана действий у жилищников пока нет, потому что не хватает рабочих рук и средств на устранение протечек, кровли положено латать при определённых погодных условиях, и вообще, в Кронштадте есть адреса, где дела обстоят гораздо хуже. Как выход из ситуации, мастер предложила нам самим слазить на чердак, расстелить клеёнки или расставить ёмкости под теми местами, откуда течёт. Нас такое предложение не устроило, соседи оставили жалобу по телефону «горячей» линии «004». Там их обращение зарегистрировали и попросили держать в курсе дальнейших событий. Пятого числа крышу нашего дома во второй раз за месяц очищали от снега и наледи, после чего капать с потолка перестало. Но надолго ли эта «засуха», сказать невозможно. Пока стоят морозы, мы спим спокойно. И приближение весны нас совсем не радует. Её мы намерены встретить во всеоружии. Заявления с требованиями устранить причины и следы протечек (или возместить ущерб) мы отнесли в СПб ГУ «Жилищное агентство Кронштадтского района» и ООО «Жилкомсервис». К ним приложили копии составленного мастером нашего участка акта о протечках (он, кстати, был готов на три дня раньше обещанного срока, правда, датирован задним числом) и фотографии изуродованного интерьера…

А соседям из других подъездов ещё хуже...

Как оказалось, крыша моего дома прохудилась из-за снега не только над моим подъездом. Зайдя в соседние с моей парадные, я поняла, что протечка в моей квартире — ещё цветочки. В угловом подъезде протечка проступила даже на потолке и стене лестничной клетки последнего этажа, а в квартире № 37 потекло с 11 января. Причём именно «потекло», а не закапало. Когда было потепление, вода с чердака струилась по стене одной из комнат этой квартиры и повредила электропроводку. После этого одна из розеток начала искриться, её обесточили, но до сих пор при включении электроприборов в квартире выбивает пробки.
— В «Жилкомсервисе» лежат два моих заявления — одно датировано 11 января, другое — началом февраля. Толку, как видите, нет, — говорит хозяйка затопленной квартиры. — Жду вторичных актов, после чего мне скажут, что с моей квартирой станет. Слава Богу, что я не сделала летом ремонт в комнате, а ведь планировала. Надеюсь, что до наступления весны дыры в кровле всё-таки залатают. А потом и порядок можно будет наводить. Я бы согласилась, если бы «Жилкомсервис» выделил мне рабочих для ремонта в комнате. А материалы я бы сама купила.
А вот в 16-й квартире дома № 36 по Посадской улице живут две пожилые женщины, обе имеют инвалидности. Комнату одной из них в начале февраля топило так, что ей, с больными ногами, приходилось три дня бегать с тазиками, чтобы не затопить соседа снизу, который, к слову, занимает пост замглавы кронштадтской администрации.

— Мастер к нам приходила, жалела меня, — говорит женщина, протечка в комнате у которой заняла треть помещения (сначала лилось только в углу возле окна, но после того, как мастер подстелила клеенку на чердаке, вода дошла до самой люстры). — А мне от её жалости не легче. Я понимаю, что работы на неё свалилось много, она вся такая замученная была, растерянная. Но ведь и я не виновата в том, что крыша надо мной дырявая. Никаких актов мне не составили, и бегать за бумажками по инстанциям я со своими ногами не могу. Как мне быть? Продолжать дышать этой сыростью? Наверно, при следующем потопе подставлять тазики перестану, затоплю нижних соседей, может, тогда местная администрация зашевелится…

В марте месяце, когда у нас в квартире начало течь ещё в одной комнате, между прочим, недавно отремонтированной, выяснилось, все наши обращения в жилищные службы ничего не значат — денег на ремонт кровли нет. В бюджет они не заложены…